Дело №33-42395/2021

https://mos-gorsud.ru/mgs/services/cases/appeal-civil/details/fe0d3410-2c40-11ec-85ec-91cee5b9fcc7

Уникальный идентификатор дела 77RS0007-02-2020-004175-36
Номер дела 33-42395/2021
Стороны Истец: ПАО Банк "Югра" Ответчик: Кербикова В.В.
Дата поступления дела в апелляционную инстанцию 13.10.2021
Дата окончания 20.10.2021
Номер судебного состава 11
Номер дела в суде нижестоящей инстанции 02-0817/2021
Суд первой инстанции, судья Замоскворецкий районный суд (Перепечина Е.В.)
Категория дела 203 - Иски о взыскании сумм по договору займа, кредитному договору
Результат рассмотрения Отменить судебное постановление полностью, принять новое решение, 20.10.2021
Основание решения суда Неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела
Документ 1
  судья: Перепечина Е.В.
гражданское дело № 33-42395/2021
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
город Москва                                                                   20 октября 2021 года Полный текст апелляционного определения изготовлен 20 октября 2021 года.                                                            
Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе 
председательствующего Клюевой А.И.,
судей Князева А.А., Пономарева А.Н.,
при помощнике судьи Ерицян А.Ж.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело              № 2-817/2021 по иску ПАО БАНК "ЮГРА" (в лице Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов") к Кербиковой В.В. о взыскании денежных средств в соответствии с договором поручительства 
по апелляционной жалобе ПАО БАНК "ЮГРА" на решение Замоскворецкого районного суда города Москвы от 5 апреля 2021 года,
 заслушав доклад судьи Пономарева А.Н., выслушав представителя ПАО БАНК "ЮГРА" по доверенности Болдырева С.Б., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя Кербиковой В.В.  по ордеру  Чернобель Я.А., полагавшую решение суда законным и обоснованным с учетом письменных возражений,
установила:
20 ноября 2020 года ПАО БАНК "ЮГРА" обратилось в суд с указанным выше исковым заявлением к Кербиковой В.В., полагало что ответчик уклоняется от исполнения принятых на себя обязательств в соответствии с договором поручительства от 23 июля 2015 года солидарно с заемщиком ООО "*", генеральным директором и единственным участником которого она являлась, отвечать по договору от 23 июля 2015 года об открытии кредитной линии (с учетом дополнений) (далее – кредитный договор), задолженность по которому не погашена и составила 661785950,04 рублей, из которых сумма основного долга – 216775527,66 рублей – основной долг, 83044158,72 рублей – задолженность по процентам за период с 21 марта 2017 года по 9 октября 2020 года, 291021145,88  рублей – неустойка по основному долгу за период с 29 апреля 2018 года по                9 октября 2020 года, 70945117,78 рублей – неустойка по процентам за пользование кредитом с 1 августа 2018 года по 9 октября 2020 года.
Представитель Кербиковой В.В. по доверенности Чернобель Я.А. иск не признала, полагая исковые требования основанными на подложных доказательствах, а поручительство прекращенным в связи с истечением срока, на который оно дано. Кроме того, заявлено о применении исковой давности.
Решением Замоскворецкого районного суда города Москвы от                 5 апреля 2021 года в удовлетворении иска отказано.
В апелляционной жалобе ПАО БАНК "ЮГРА" ставится вопрос об отмене решения суда, как незаконного.
Судебная коллегия на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ сочла возможным рассмотреть дело при данной явке, в отсутствие других лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания.
Проверив материалы дела, выслушав представителя ПАО БАНК "ЮГРА", представителя Кербиковой В.В., обсудив доводы жалобы, судебная коллегия пришла к выводу о наличии предусмотренных частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд применительно к нормам статей 362, 367 пункт 6 Гражданского кодекса РФ, статей 56, 68 часть 1, 67 части 6, 7 Гражданского процессуального кодекса РФ исходил из того, что не может считать доказанным обстоятельства, подтвержденные только копией договора поручительства, о подложности которого заявлено представителем Кербиковой В.В. со ссылкой на то обстоятельство, что подлинник договора поручительства истцом не представлен, договор поручительства Кербикова В.В.  не подписывала, копия договора состоит из самостоятельных копий листов и не представляет собой единый документ, что подтверждено заключением специалиста ООО "*".
При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями статей 55, 71, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, принимая во внимание, что ответчиком Кербиковой В.В. факт подписания спорного договора поручительства № 079/ДПФ-15 от 23.07.2015  оспаривается, суд пришел к выводу, что ПАО БАНК "ЮГРА" не доказан факт заключения договора поручительства № 079/ДПФ-15 от 23.07.2015 с Кербиковой В.В.  и ее волеизъявления отвечать солидарно с Обществом за неисполнение или ненадлежащее исполнение Обществом обязательств по договору об открытии кредитной линии.
С другой стороны, противореча вышеизложенному выводу, суд исходил из того, что указанный договор поручительства подписан Кербиковой В.В., но срок поручительства прекращен, принимая во внимание пункт 5.1 договора поручительства, в котором отсутствует условие о сроке поручительства.
Кроме того, по мнению суда, ПАО БАНК "ЮГРА" пропущен срок исковой давности, принимая во внимание, что 16 октября 2017 года ПАО БАНК "ЮГРА" предъявлено требование к ООО "*" о досрочном возврате кредита, а исковое заявление поступило в суд только 20 ноября 2020 года.
В решении суда также содержатся выводы о том, что определение Арбитражного суда города Москвы, которым восстановлено право ПАО БАНК "ЮГРА" требовать взыскания задолженности в соответствии с упомянутым договором поручительства, не имеет преюдициального значения, не освобождает ПАО БАНК "ЮГРА" от обязанности представить подлинник договора поручительства.
То обстоятельство, что кредитный договор подписан Кербиковой В.В. и в данном кредитном договоре оговорено ее поручительство по обязательствам заемщика, иные представленные ПАО БАНК "ЮГРА" документы, в которых Кербикова В.В. подтверждала заключение договора поручительства, по мнению суда, не свидетельствуют о том, что Кербикова В.В. принимала обязательства в отношении себя лично, ПАО БАНК "ЮГРА" не представлено доказательств, что Кербиковой В.В. выражена воля отвечать солидарно по обязательствам ООО "*", генеральным директором и участником которого она являлась. 
Суд отметил, что пункты 1.5, 1.7 представленного истцом договора в копии вызывают сомнения в его достоверности, потому что они противоречат интересам поручителя и требованиям закона, лишая поручителя возможности выдвигать возражения, которые мог бы предоставить заемщик, обязывают поручителя отвечать за любого нового должника. 
С выводами суда первой инстанции судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда не согласилась.
Материалами дела бесспорно установлено, что 23 июля 2015 года между ПАО БАНК "ЮГРА" и ООО "*", от имени которого при подписании договора действовала Кербикова В.В., как генеральный директор указанного Общества и его единственный участник, был заключен договор об открытии кредитной линии № 079/КЛ-15, который с учетом дополнительных соглашений от 23 июля 2015 года, 25 декабря 2015 года,          21 октября 2016 года, 13 декабря 2016 года, 20 марта 2017 года, 31 мая 2017 года, 27 июня 2017 года  исполнен   ПАО БАНК "ЮГРА"  путем перечисления ООО "*" денежных средств в размере 216775527,66 рублей, которые заемщик согласно окончательной редакции кредитного договора должен вернуть до 31 декабря 2020 года с уплатой 12% годовых.
Пунктом 1.6.1 указанного кредитного договора предусматривалось обеспечение его исполнения поручительством Кербиковой В.В., которая отвечает солидарно по обязательствам ООО "*". 
Кроме того, в подтверждение заключения между ПАО БАНК "ЮГРА"  и Кербиковой В.В. договора поручительства № 079/ДПФ от 23 июля 2015 года представлена копия указанного договора (л.д. 26-31).
На основании дополнительного соглашения от 5 апреля 2017 года договор поручительства № 079/ДПФ от 23 июля 2015 года был расторгнут между его сторонами (л.д. 33). 
На основании определения Арбитражного суда города Москвы от          9 ноября 2018 года по делу N А40-87697/18-7-568, оставленного без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от                          12 февраля 2019 года N А40-87697/18, с ООО "*" в пользу ПАО БАНК "ЮГРА"  взыскана задолженность по упомянутому договору об открытии кредитной линии N 079/КЛ-15 от 23 июля 2015 года, в том числе: просроченный основной долг – 216775527,66 рублей; проценты – 28222391,98 рублей; пени – 99272513,25 рублей.
Определение Арбитражного суда города Москвы от 9 июня 2020  года по делу № А40-145500/17-124-202Б по спору между теми же сторонами, что и в настоящем гражданском деле, (ПАО БАНК "ЮГРА" и Кербиковой В.В.), установлен факт заключения договора поручительства, в отношении исполнения обязательств по которому возник спор (л.д. 70-73). 
Названный судебный акт вступил в силу на основании постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 27 августа 2020 года 09АП-34348/2020, 09АП-34350/2020 (л.д. 74-77).
В порядке арбитражного судопроизводства (определение Арбитражного суда города Москвы от 9 июня 2020  года по делу № А40-145500/17-124-202Б, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда города Москвы от 27 августа 2020 года 09АП-34348/2020, 09АП-34350/2020) установлены следующие обстоятельства.
"В обеспечение обязательств ООО "*" по кредитному договору N 079/КЛ-15 от 23.07.2015, между ПАО Банк "ЮГРА" и Кербиковой В.В., являвшейся генеральным директором и единственным участником ООО "*", был заключен договор поручительства                N 079/ДПФ-15 от 23.07.2015, в соответствии с которым Кербикова В.В. приняла на себя обязательства отвечать перед кредитором по обязательствам ООО "*" по упомянутому кредитному договору солидарно с основным заемщиком.
Однако заключенным между ПАО Банк "ЮГРА" и Кербиковой В.В. дополнительным соглашением от 05.04.2017 к договору поручительства        N 079/ДПФ-15 от 23.07.2015 упомянутый договор поручительства признан расторгнутым".
Определением Арбитражного суда города Москвы от 9 июня 2020 года постановлено: признать недействительной сделку в виде заключенного между ПАО Банк "ЮГРА" и Кербиковой В.В. дополнительного соглашения от 05.04.17 к договору поручительства N 079/ДПФ15 от 23.07.15;  восстановить права требования ПАО Банк "ЮГРА" к Кербиковой В.В. по договору поручительства N 079/ДПФ-15 от 23.07.15 и обязательства Кербиковой В.В. по указанному договору поручительства в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ПАО Банк "ЮГРА".
Кербикова В.В. оспаривала выводы в упомянутом определении Арбитражного суда города Москвы, которым дополнительное соглашение о расторжении договора поручительства признано недействительным, а также названное выше постановление Девятого арбитражного апелляционного суда, которым решение суда о признании недействительным дополнительного соглашения о расторжении договора поручительства оставлено без изменения, в частности не соглашалась с выводами арбитражных судов о том, что "совместные действия ООО "*" и Кербиковой В.В. по расторжению договора поручительства являлись противоправными, поскольку в результате их совершения был причинен вред конкурсным кредиторам должника; расторжение договора поручительства в отсутствие какой-либо экономической целесообразности неизбежно привело к нарушению прав кредиторов должника и лишило потенциальной возможности пополнения конкурсной массы за счет выплаты денежных средств по кредитному договору поручителем". 
При этом в арбитражном процессе Кербикова В.В. ссылалась на то, что заключение спорной сделки было экономически выгодно для Банка, ссылалась также на пропуск ГК "АСВ" срока исковой давности на обращение в суд с заявленными требованиями, а также на истечение срока действия договора поручительства, указывала, что суды, якобы, не учли, что если бы оспариваемая сделка имела признаки транзитных или мнимых, подозрительных или незаконных операций, ЦБ РФ заблокировало бы ее проведение.
Не соглашаясь с указанными доводами Кербиковой В.В. в постановлении от 16.11.2020 N Ф05-555/2018 по делу N А40-145500/2017 Арбитражный суд Московского округа пришел к следующим выводам.
"В данном случае суды пришли к правильному выводу, что стороны, заключая оспариваемую сделку (соглашение о расторжении договора поручительства, подписанное Кербиковой В.В.), злоупотребили правами и действовали недобросовестно, поскольку каких-либо правовых или экономических оснований для расторжения договора поручительства у сторон не имелось.
В соответствии с пунктом 1 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.
Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2 статьи 363 ГК РФ).
При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (пункт 1 статьи 323 ГК РФ).
Как правильно установили суды, совместные действия должника и Кербиковой В.В. по расторжению договора поручительства являлись противоправными, поскольку в результате их совершения был причинен вред конкурсным кредиторам должника, при этом ссылка заявителя на то, что заключение спорной сделки было экономически выгодно для Банка, никак документально не подтверждена и в материалы дела не представлены доказательства, что заемщиком или его поручителем была погашена задолженность по кредитным обязательствам, что однозначно свидетельствует о нецелесообразности расторжения договора поручительства.
Доводы заявителей кассационных жалоб о том, что взамен договора поручительства было предоставлено более выгодное обеспечение, - договор залога имущественных прав, заключенный между Банком и юридическим лицом, правомерно отклонены судами, поскольку нормами действующего законодательства не предусмотрена фактическая возможность замещения одного из видов поручительства иным обеспечением.
Кроме того, договор поручительства и договор залога являются обеспечительными сделками, которые существуют в правовом смысле самостоятельно.
Причинение ущерба Банку прекращением поручительства, как способа обеспечения кредитных обязательств, являлось очевидным не только для Банка, но и для Кербиковой В.В., которая не представила суду доказательства, что, заключая соглашение, располагала сведениями об исполнении обязательств по кредитному договору.
Указанные обстоятельства, повлекшие прекращение обязательства по договору поручительства, указывают на злоупотребление правом, повлекшим лишение Банка права предъявлять требования к платежеспособному поручителю.
Действия Кербиковой В.В. по заключению соглашения о расторжении договора поручительства незадолго до отзыва лицензии у Банка, без каких-либо оснований на заключение данной сделки, при имеющейся задолженности направлены на причинение вреда имущественным правам кредитора при злоупотреблении правом.
Суды дали оценку доводу о том, что договор поручительства был расторгнут в силу положений п. 1 ст. 450, п. 2 ст. 453 ГК РФ, и указали, что в связи с банкротством Банка суд, проверяя сделки на законность, обязан установить не только формальное соблюдение требований закона, но и также были ли в результате такой сделки нарушены права кредиторов, а также был ли умысел в причинении вреда правам кредиторов.
Учитывая вышеизложенное, суды пришли к обоснованному выводу, что само по себе наличие права на расторжение договора по соглашению сторон не свидетельствует о законности сделки.
Довод заявителей о том, что сделка могла быть оспорена только по банкротным основаниям (ст. 61.2 Закона о банкротстве), а не по общегражданским (ст. ст. 10, 168, 174 ГК РФ), также являлся предметом оценки судов, которые указали, что законом не предусмотрен запрет на обжалование в рамках банкротства сделки по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации.
В данном случае суды пришли к правомерному выводу, что заявителем были представлены достаточные доказательства, что при совершении оспариваемой сделки было допущено злоупотребление гражданскими правами по смыслу статьи 10 ГК РФ как со стороны поручителя, действия которого были направлены на избежание предъявления к нему требований в связи с неисполнением обязательств заемщиком, руководителем которого он являлся, так и со стороны Банка, который также не мог не осознавать, что утрата обеспечительной сделки в период возникновения у Банка и заемщика финансовых трудностей приведет к нарушению прав кредиторов Банка, а также к уменьшению конкурсной массы Банка.
Как верно указали суды, добровольный отказ от обеспечения до исполнения обеспеченного обязательства выходит за рамки поведения ожидаемого от любого разумного кредитора, тем более кредитной организации, которая обязана создавать резервы на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, размер которых напрямую зависит от уровня обеспеченности обязательств заемщика.
Суды обоснованно пришли к выводу о том, что расторжение договора поручительства в отсутствие какой-либо экономической целесообразности неизбежно привело к нарушению прав кредиторов должника и лишило потенциальной возможности пополнения конкурсной массы за счет выплаты денежных средств по кредитному договору поручителем Кербиковой В.В.
Доводы Кербиковой В.В. о том, что конкурсным управляющим должника не представлены подлинники документов, суд округа не может признать состоятельными, поскольку по правилам части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд не может считать доказанным факт, подтвержденный только копией документа, если подлинник документа в материалы дела не представлен, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой.
Следовательно, в остальных случаях суд вправе руководствоваться копией документа, при условии, что никто из лиц, участвующих в деле, не оспаривает ее подлинность по правилам статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
О пропуске срока исковой давности в судах первой и апелляционной инстанции не заявлялось, при этом данные доводы не основаны на нормах права с учетом даты назначения временной администрации по управлению Банком.
Что касается истечения срока поручительства, то данный довод также не заявлялся Кербиковой В.В. при рассмотрении дела по существу, при этом данный довод не имеет правового значения для цели оспаривания соглашения о расторжении поручительства.
Приведенные в кассационных жалобах доводы не опровергают правильность выводов судов первой и апелляционной инстанций и сводятся к необходимости дать иную оценку представленным по делу доказательствам, следовательно, касаются фактической стороны спора, доказательственной базы по делу.
Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Суды при разрешении спора выяснили все обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела".
Согласно части 3 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ  при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.
В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что под судебным постановлением, указанным в части 2 статьи 61 ГПК РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно части 1 статьи 13 ГПК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда), а под решением арбитражного суда - судебный акт, предусмотренный статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса РФ.
В силу приведенных норм процессуального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации считается доказанным и не может оспариваться по данному гражданскому делу то, что между сторонами был заключен договор поручительства, который в последующем был расторгнут, действия ПАО БАНК "ЮГРА" и Кербиковой В.В. по расторжению договора поручительства являлись противоправными, причинение ущерба ПАО БАНК "ЮГРА" прекращением поручительства, как способа обеспечения кредитных обязательств, являлось очевидным не только для ПАО БАНК "ЮГРА", но и для Кербиковой В.В. Расторжение договора поручительства указывает на злоупотребление правом, повлекшим лишение ПАО БАНК "ЮГРА" права предъявлять требования к платежеспособному поручителю. Действия по расторжению договора поручительства были направлены на избежание предъявления к Кербиковой В.В. требований в связи с неисполнением обязательств заемщиком ООО "*", руководителем которого она была, и явились злоупотреблением правом как с ее стороны, так и со стороны Банка, который также не мог не осознавать, что утрата обеспечительной сделки в период возникновения у Банка и заемщика финансовых трудностей приведет к нарушению прав кредиторов Банка, а также к уменьшению конкурсной массы ПАО БАНК "ЮГРА". 
Доводы Кербиковой В.В. о том, что конкурсным управляющим должника не представлены подлинники документов, также уже были проверены по спору между теми же сторонами и получили оценку в судебных актах арбитражных судов, в результате которой представленная ПАО БАНК "ЮГРА" копия договора (точно такая же копия договора поручительства представлена и в настоящее дело) поручительства имеет силу допустимого и достоверного письменного доказательства.
В частности, Арбитражный суд Московского округа не признал доводы Кербиковой В.В. в этой части состоятельными, поскольку по правилам части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ суд не может считать доказанным факт, подтвержденный только копией документа, если подлинник документа в материалы дела не представлен, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой. Следовательно, в остальных случаях суд вправе руководствоваться копией документа, при условии, что никто из лиц, участвующих в деле, не оспаривает ее подлинность по правилам статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса РФ. 
Следовательно, представление копии договора поручительства в данном деле соответствует требованиям части 2 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса РФ.
Поскольку злоупотребление правом при расторжении договора поручительства установлено Арбитражным судом города Москвы и вышестоящими судебными инстанциями не только в отношении поручителя Кербиковой В.В., но и в отношении администрации ПАО БАНК "ЮГРА", которая осуществляла свои полномочия при подписании указанного соглашения, а в последующем обязана была передать подлинники документов Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", именно на них законом возложена обязанность хранить подлинники кредитного договора и договора поручительства и доказать, что эти документы были переданы Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", чего сделано не было, несмотря на то, что и Кербикова В.В.  и  администрация ПАО БАНК "ЮГРА", действовавшая до введения процедуры банкротства, неоднократно подтверждали факт заключения договора поручительства, в том числе и при подписании соглашения о его расторжении.
В пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 года N 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве" разъяснено, что согласие поручителя отвечать перед кредитором на измененных условиях может быть как заранее данным, например, при заключении договора поручительства, так и последующим.
Таким образом, Кербикова В.В. для получения ООО "*" банковского кредита на крупную сумму не только одобрила обеспечение обязательств Общества  по возврату кредита своим поручительством, указав на это в пункте 1.6.1 кредитного договора, но и заключила одновременно с кредитным договором и договор поручительства, в отношении которого, в последующем, злоупотребляя правом, подписала соглашение о расторжении указанного договора поручительства, как это установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы, чтобы имело место "утрата обеспечительной сделки в период возникновения, как у банка, так и у заемщика финансовых трудностей". 
Также Арбитражный суд Московского округа установил, что о пропуске срока исковой давности в судах первой и апелляционной инстанции Кербиковой В.В. не заявлялось, при этом доводы Кербиковой В.В., как установил Арбитражный суд города Москвы касательно к требованиям ПАО БАНК "ЮГРА"  о восстановлении обязанности Кербиковой В.В. отвечать по договору поручительства, не основаны на нормах права с учетом даты назначения временной администрации по управлению Банком. 
Переоценка этих обстоятельств, установленных вступившими в законную силу решениями арбитражных судов, в том числе права ПАО БАНК "ЮГРА" требовать исполнения Кербиковой В.В. обязанностей по договору поручительства, при рассмотрении настоящего дела, законом не допускается, так как иное в нарушение статьи 13 Гражданского процессуального кодекса РФ приведет к тому, что решение Арбитражного суда города Москвы будет неисполнимым.   
Более того, никем не оспаривается, что с 23 июля 2015 года и до              16 октября 2017 года, когда ПАО БАНК "ЮГРА" было заявлено требование о досрочном возврате кредита, заемщик ООО "*", генеральным директором и единственным участником которого являлась Кербикова В.В., получал финансирование от ПАО БАНК "ЮГРА".
Договор поручительства, в отношении которого в последующем Кербиковой В.В. было подписано соглашение о его расторжении, был заключен тот же день, что и кредитный договор, в котором Кербикова В.В.  собственноручно подтвердила обеспечение возврата кредита ООО "*" своим поручительством.
Заключение указанного договора поручительства Кербикова В.В. не оспаривала до возникновения задолженности по кредиту, и это позволяло ПАО БАНК "ЮГРА" полагаться на действительность сделки, тем более что требований о признании договора поручительства незаключенным или недействительным Кербиковой В.В. никогда не заявлялось.
В такой ситуации Верховный Суд РФ от 21 сентября 2021 г. в определении Судебной коллегии по гражданским делам N 41-КГ21-33-К4 обратил внимание на то, что согласно положениям статьи 166 Гражданского кодекса РФ сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (пункт 2).
Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5).
В пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
В определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 31 августа 2021 г. N 13-КГ21-5-К2 кроме того обращено внимание на недопустимость рассмотрения и разрешения судом требований ответчика,  которые не были заявлены в качестве встречных, в частности – не заявлено встречного требования о признании сделки недействительной.
Тем более, по смыслу части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ, это не допускается в отношении требований о признании сделки незаключенной.
В данном деле суд фактически признал договор поручительства незаключенным, несмотря на то, что таких требований никем заявлено не было, чем нарушил не только  предписания части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которой суд, если иное не предусмотрено федеральным законом, принимает решение только по заявленным истцом требованиям, но и лишил возможности ПАО БАНК "ЮГРА" заявить о пропуске срока исковой давности по требованиям о признании договора поручительства от 23 июля 2015 года незаключенным.
В отсутствие встречного иска судом в нарушение норм материального и процессуального права исследован вопрос, не входивший в предмет доказывания по заявленному ПАО БАНК "ЮГРА" иску, – признание договора поручительства незаключенным, притом что право требования по договору поручительства восстановлено ПАО БАНК "ЮГРА" на основании вступившего в законную силу решения суда, а определением судьи Верховного Суда РФ от 15 марта 2021 года по делу № 305-ЭС18-17474 (41) Кербиковой В.В. отказано в передаче ее кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ.
Выводы суда о том, что отдельные условия договора поручительства нарушают права Кербиковой В.В., не свидетельствуют о том, что она лишена возможности представлять свои возражения против заявленных исковых требований и, соответственно, ставить вопрос о признании указанных условий договора недействительными полностью или в части.
Однако таких требований Кербиковой В.В. не заявлено.
Отмеченные выводы суда, таким образом, выходят за рамки исковых требований при разрешении данного спора, что противоречит части 3 статьи 196, статье 6, статье 8, статье 12 Гражданского процессуального кодекса РФ.
Стало быть, Замоскворецкий районный суд города Москвы, соглашаясь с доводами представителя ответчика Кербиковой В.В.  о том, что требования ПАО БАНК "ЮГРА" основаны на подложном договоре поручительстве и принимая во внимание представленное стороной ответчика Кербиковой В.В.  заключение специалиста ООО "*", допустил переоценку обстоятельств, которые установлены вступившим в законную силу решением арбитражного суда по спору между теми же сторонами, в том числе одобрил злоупотребление правом со стороны ответчика и установил иную волю Кербиковой В.В. в спорных правоотношениях, иной момент исчисления срока исковой давности, что также недопустимо и в силу предписаний статьи 13 Гражданского процессуального кодекса РФ, согласно которым вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 1). Неисполнение судебного постановления, а равно иное проявление неуважения к суду влечет за собой ответственность, предусмотренную федеральным законом (часть 3). Обязательность судебных постановлений не лишает права заинтересованных лиц, не участвовавших в деле, обратиться в суд, если принятым судебным постановлением нарушаются их права и законные интересы (часть 4).
Выводы суда в решении о подложности договора поручительства, уклонении ПАО БАНК "ЮГРА" от назначения по делу экспертизы противоречат принципу добросовестности осуществления гражданских прав, закрепленному в статьях 2, 6, 8, 12, 13, 67, 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, статьях 1, 10, 307 пункт 3, 166 пункт 5 Гражданского кодекса РФ.    
Так, в силу статьи 1 Гражданского кодекса РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Соответственно, заявление Кербиковой В.В. в рамках настоящего процесса о том, что договор поручительства ею не заключался, носит недобросовестный характер.
Наконец, при разрешении указанного вопроса суду следовало принять во внимание, что заключение кредитного договора являлось для ООО "*" крупной сделкой, что предполагает, пока не доказано иное, ее одобрение Кербиковой В.В. (статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью"). 
Доказательств того, что Кербикова В.В. не одобряла кредитный договор, условием заключения которого являлось поручительство Кербиковой В.В., в деле не имеется.
Напротив, в подтверждение обратного суду представлены доказательства, которые фактически безмотивно были не приняты судом, как носящие "абстрактный характер", несмотря на их перечисление в решении суда, а именно: письмо Кербиковой В.В. от февраля 2017 года, служебная записка от 6 марта 2017 года директору департамента контроля за банковскими рисками, заключение департамента контроля за финансовыми рисками от 16 марта 2017 года, решение кредитного комитета ПАО БАНК "ЮГРА" от 21 марта 2017 года, внутренние документы ПАО БАНК "ЮГРА" об одобрении кредитного договора, в которых содержатся ссылки на договор поручительства между Кербиковой В.В. и ПАО БАНК "ЮГРА" (решения кредитного комитета ПАО БАНК "ЮГРА" № 3 от 23.07.2015, от 20.10.2016, выписка из протокола № 23.07.15/1 заседания совета директоров от 23.07.2015., протоколы заседания кредитного комитета филиала ПАО БАНК "ЮГРА" по г. Москве от 23.07.2015. и от 20.10.2016).
Тот факт, что сторонами не подписана каждая  страница договора поручительства, не свидетельствует, что договор поручительства не является единым документом, наличие которого подтверждено в рамках арбитражного разбирательства дела, как это также уже было установлено выше.
Утверждая о подложности документов, на основании которых ПАО БАНК "ЮГРА" требует взыскания с Кербиковой В.В. денежных средств в размере 661785950,04 рублей, Кербикова В.В. до настоящего времени не сообщала в правоохранительные органы о якобы совершенных в отношении нее противоправных действиях со стороны других лиц по подписанию вместо нее договора поручительства и кредитного договора, в котором оговорено ее поручительство.
Также нельзя согласиться и с выводом суда о прекращении поручительства, основанными применительно к пункту 6 статьи 367 Гражданского кодекса РФ на том, что срок действия поручительства не установлен договором.
Согласно пункту 5.1 договора поручительства, действие настоящего договора прекращается по истечении 3 лет со дня наступления срока исполнения обязательства заемщика по кредитному договору (л.д. 30).
На момент заключения договора поручительства действовал пункт 6 статьи 367 Гражданского кодекса РФ, согласно которому поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства. Предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении обязательства не сокращает срок действия поручительства, определяемый исходя из первоначальных условий основного обязательства.
Следовательно, в силу прямого указания в законе не допускается сокращение срока поручительства при предъявлении кредитором к должнику требования о досрочном исполнении обязательства.
В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016) даны разъяснения о том, что "условие о действии договора поручительства до фактического исполнения основного обязательства не является условием о сроке поручительства, предусмотренном п. 4 ст. 367 ГК РФ, поскольку в соответствии со ст. 190 данного кодекса установленный законом, иными правовыми актами или сделкой срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.
Фактическое исполнение должником обязательства к таким событиям не относится".
Аналогичные разъяснения даны в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 N 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве".
Согласно абзацу 1 статьи 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
В обжалуемом решении  судом не установлено, что срок поручительства в пункте 5.1 договора поручительства определен "фактическим исполнением должником обязательства", из чего следует, что суд изменил условия договора по своему усмотрению, чего делать не вправе. 
Из материалов дела с очевидностью следует, что условие о сроке действия договора поручительства стороны в договоре связали не с "фактическим исполнением должником своего обязательства", а с календарной датой – 3 года со дня наступления конкретного срока исполнения обязательства заемщика по кредитному договору, что не допускает вывод о том, что условие о сроке действия поручительства сторонами не было согласовано. 
По условиям кредитного договора (в редакции дополнительного соглашения  от 31 мая 2017 года) срок пользования кредитной линией был определен по 31 декабря 2020 года, а величина процентов за пользование кредитом вообще была снижена в рамках соответствующих дополнительных соглашений до 12% годовых. При этом ежемесячное погашение кредита по 5000000 рублей было предусмотрено дополнительным соглашением от          31 мая 2017 года.
Тем самым изменение обеспеченного поручительством обязательства имело место в согласованных с Кербиковой В.В. при заключении договора поручительства пределах.
По правилам статьи 431 Гражданского кодекса РФ именно данный срок (31 декабря 2020 года) должен рассматриваться в качестве срока исполнения обязательств заемщика по кредитному договору.
Данная норма права действует в связи с пунктом 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении обязательства не сокращает срок действия поручительства, определяемый исходя из первоначальных условий основного обязательства.
В суд с настоящим иском к поручителю ПАО БАНК "ЮГРА"  обратилось 20 ноября 2020 года.
Тем самым срок поручительства на момент обращения в суд с настоящим иском не истек, а противоположное суждение суда первой инстанции грубо противоречит приведенным законоположениям и установленным по делу обстоятельствам.
То же касается и вывода суда о пропуске срока исковой давности.
Из представленного истцом расчета задолженности основного долга и процентов за пользование кредитом следует, что  просрочка ежемесячных платежей стала происходить только с 1 августа 2017 года, то есть задолженность до указанной даты отсутствовала.
Суд не учел, что 16 октября 2017 года ПАО БАНК "ЮГРА" только направило в адрес ООО "*" свое требование о досрочном взыскании задолженности по кредиту, что означает, что срок исковой давности, по поводу которого возник спор, начинает течь с момента неисполнения указанного требования ООО "*" (определение Верховного Суда РФ от 12 марта 2019 года).
При этом, принимая во внимание разъяснения, что содержатся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие об истечении срока исковой давности, законом (пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ, статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ) возложена на лицо, сделавшее заявление о пропуске срока исковой давности.
Однако Кербиковой В.В., которой не оспаривается, что исковое заявление поступило в суд 20 ноября 2020 года, не представлено доказательств того, что моментом неисполнения ООО "*" требования ПАО БАНК "ЮГРА" является дата, более ранняя, чем 20 ноября 2017 года.
Что же касается предъявления такого  требования ПАО БАНК "ЮГРА" самой Кербиковой В.В., которое последовало уже после того, как ПАО БАНК "ЮГРА" Арбитражным судом города Москвы было восстановлено право требования по договору поручительства, никем не оспаривается, что такие требования были заявлены в пределах трехлетнего срока исковой давности.
Кроме того, суд не учел, что право требования взыскания задолженности по договору поручительства у ПАО БАНК "ЮГРА" было восстановлено банку в лице Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" только по определению Арбитражного суда города Москвы от 9 июня 2020 года, которое вступило в законную силу                     27 августа 2020 года и уже 20 ноября 2020 года ПАО БАНК "ЮГРА" в лице Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" был предъявлен иск по данному делу.
Замоскворецкий районный суд города Москвы, принимая во внимание иную дату начала течения исковой давности (16 октября 2017 года) при таком положении неправильно применил закон.
Недопустимость злоупотребления правом является общеправовым принципом и относится и к заявлению о пропуске срока исковой давности.
 В связи с этим судебная коллегия вновь обращает внимание на установленный вступившими в законную силу в отношении Кербиковой В.В.  факт злоупотребления правом, из-за которого: ПАО БАНК "ЮГРА" в лице Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" не имело возможности обратиться в суд с настоящим иском ранее 27 августа 2020 года, потому что 5 апреля 2017 года Кербикова В.В. и ПАО БАНК "ЮГРА", действуя недобросовестно, подписали соглашение о расторжении договора поручительства, которое было признано недействительным, как указано выше, только 9 июня 2020 года на основании определения Арбитражного суда города Москвы, вступившего в законную силу 27 августа 2020 года в соответствии с постановлением Девятого апелляционного арбитражного суда.
В силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
При таком положении судебная коллегия не согласилась с выводом Замоскворецкого районного суда города Москвы о доказанности стороной ответчика своих возражений, в связи с чем решение суда подлежит отмене.  
Принимая во внимание изложенное, а также отсутствие возражений ответчика относительно размера задолженности ООО "*" и относительно размера задолженности самой Кербиковой В.В.  по состоянию на 9 октября 2020 года,  расчет которой основан на конкретных банковских операциях, достоверность которых никем не оспаривается, а также на действующих процентных ставках, количестве дней просрочки (л.д. 65, 66), при принятии нового решения судебная коллегия пришла к выводу об удовлетворении иска в полном объеме на сумму 661785950,04 рублей, которая подлежит взысканию с учетом солидарной ответственности  Кербиковой В.В. наряду с ООО "*" с учетом решения Арбитражного суда города Москвы от 9 ноября 2018 года по делу     № А40-87697/18-7-568.
Руководствуясь статьями 328, 329, часть 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда 
определила:
решение Замоскворецкого районного суда города Москвы от 5 апреля 2021 года отменить и принять по делу новое решение, которым взыскать в пользу ПАО БАНК "ЮГРА" в лице Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" с Кербиковой В.В. 661785950,04 рублей, с учетом солидарной ответственности  Кербиковой В.В. наряду с ООО "*" по решению Арбитражного суда города Москвы от 9 ноября 2018 года по делу     № А40-87697/18-7-568; взыскать в пользу ПАО БАНК "ЮГРА" в лице Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" с Кербиковой В.В. расходы по уплате государственной пошлины в размере 60000 рублей.
Председательствующий            				
Судьи


Документ 2
  РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации

город Москва                                                                                   05 апреля 2021 года 


Замоскворецкий районный суд г. Москвы
в составе председательствующего судьи Перепечиной Е.В.,
при секретаре Забара И.А., 
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-817/2021 по иску ПАО Банк «ЮГРА» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к Кербиковой Валентине Владимировне о взыскании денежных средств по договору поручительства,  руководствуясь ст. 199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований  ПАО Банк «ЮГРА» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к Кербиковой Валентине Владимировне о взыскании денежных средств по Договору поручительства, возмещении судебных расходов – отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Замоскворецкий районный суд г. Москвы в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме. 


Судья:                                                                                               Перепечина Е.В.






























СПРАВКА



Решение по делу № 2-817/2021 в окончательной форме изготовлено 12.04.2021 года



Судья